Чтение RSS
Рефераты:
 
Рефераты бесплатно
 

 

 

 

 

 

     
 
«Жан Сбогар» Ш. Нодье и русская литература XIX века (Пушкин, Лермонтов, Достоевский)

«Жан Сбогар» Ш. Нодье и русская литература XIX века (Пушкин, Лермонтов, Достоевский)

Криницын А.Б.

Для русской литературы оказались важными в романе Нодье несколько сюжетных и концептуальных моментов. Во-первых образ героя из высшего общества, на поверку оказывающегося жестоким разбойником, идеологом бунта против самых его (общества) основ. Это не двойничество в гофмановском варианте – раздвоение сознания героя – но едва совместимые грани жизни цельной, загадочной личности, которая раздваивается уже в сознании героини. В глазах своей возлюбленной, Антонии де Монлион, герой отдельно существует как благородный Лотарио, венецианский вельможа, и Жан Сбогар, запятнанный кровавыми убийствами, виновник гибели ее сестры. Такое разделение амплуа дает Нодье возможность соединить светскую повесть с разбойничьей, а благородного героя показать в адском обличье. Получается, что героиня одновременно страстно любит венецианского знакомого и ужасается свирепого главаря, не догадываясь об их тождестве даже в разбойничьем замке, где Сбогар находится с ней почти неотлучно, но не снимая черной маски. Убийственную для нее правду (в прямом смысле, ибо сердце Антонии не выдерживает открытия) она узнает лишь на последней странице романа – в мгновение, когда разбойников ведут на эшафот.

Убеждения Жана Сбогара представляют собой своеобразное преломление руссоизма. Восставая против мира цивилизации, герой апеллирует к морали естественного человека и ценностям патриархального мира. При этом Жан Сбогар – княжеского происхождения, но несправедливо обиженный людьми, отнявшими у него достояние.

Сбогар любит Антонию как свой идеал, как свою святыню – чистой, целомудренной любовью. Разбойник и злодей для всех, он к ней обращен лучшей стороной своей души, оберегая ее, подобно ангелу хранителю, от всех возможных опасностей, чем сильно напоминает корсара Конрада из поэмы Байрона. До встречи в венецианском салоне он никогда не показывается перед нею открыто, появляясь то издали как бедный морлакский певец, то под видом армянского монаха с закрытым капюшоном лицом, то он любуется ею, когда героиня забывается сном в роще, и можно подумать, что ей лишь почудились тень и голоса. Характерно, что все невольные встречи происходят на природе – в родной стихии Жана Сбогара, где он получает над героиней полную власть (музыкальным лейтмотивом Сбогара является народная песня: "Горе тебе, если ты растешь в тех лесах, где властвует Жан Сбогар!" – С. 30, 33, 60) С другой стороны, благодаря этим таинственным полувстречам сама фигура Сбогара делается в сознании Антонии призрачной, и затем является в кошмарных сновидениях. В финале Сбогар осмеливается неотлучно находиться при возлюбленной лишь когда у той мутится сознание, и она уже разговаривает с разбойником как со своей грезой – о Лотарио. Таким образом, антитеза Лотарио – Сбогара усиливается разведением их по планам яви и сна.

Первые и наиболее явные, рассчитанные на узнавание аллюзии к роману Нодье появляются в русской литературе в исполнении Пушкина. Это прежде всего прямая отсылка к образу "таинственного Сбогара" при рассмотрении возможных литературных прототипов Онегина, которая отвергается Автором как условно романтическая, но оказывается актуальной для Татьяны и потому находит прямое воплощение в ее сне (из пятой главы), уже неоднократно разбиравшемся исследователями. Онегин предстает в нем как атаман, повелевающий адскими чудовищами, что является достаточно близком воспроизведением мотивов сна полубезумной Антонии. Отметим во сне центральный мотив убийства (Онегин разбойничьим ножом убивает Ленского, подобно тому как сестра Антонии гибнет от шальной пули при разбойном нападении шайки Сбогара, соответственно и русская героиня не может быть счастлива, иначе как переступив через труп ближнего – не сестры, но ее жениха), а также то, что разбойничий сюжет необходимо сопровождается с погружением в природную стихию и в народно-фольклорную атмосферу (если у Нодье появлению Сбогара предшествует пространный очерк о природе горного края, а затем пляска крестьян с народными песнями, то у Пушкина в пятой главе впервые заходит речь о русскости Татьяны и появляется соотнесение ее со Светланой Жуковского). Избушка в лесу – традиционное фольклорное разбойное жилище, а страшный и ласковый к одной Татьяне медведь – архетипическая проекция самого героя-разбойника, указывающая на его органическую слитость с природным миром.

Обратим внимание на то, что переклички с Нодье не ограничиваются одним лишь эпизодом сна, но прослеживаются с самого начала взаимоотношений Онегина и Татьяны. Процитируем отрывок о сближении Антонии и Лотарио:

"Порой взгляд Лотарио, полный огня, выдавал его,— но этот мимолетный пламень страсти очень скоро сменялся каким-то неизъяснимым выражением целомудренной нежности, и тогда Лотарио не был уже похож на влюбленного. Казалось, это отец, у которого осталась одна-единственная дочь, и он сосредоточивает на ней теперь всю ту любовь, что некогда делили между собой остальные его дети. В такие минуты в его страсти чувствовалось нечто большее, нечто более могучее, нежели любовь, — то была несокрушимая воля покровителя, исполненного такого благоволения и такого страстного стремления защитить ее, словно он был неким духом света, ангелом-хранителем, стоящим на страже добродетели и сопровождающим ее от колыбели до самой могилы. Таким ангелом-хранителем и казался он порой молодой девушке..." (С. 66).[1]

Данный фрагмент вызывает в памяти пассажи из письма Татьяны: "Я знаю, ты мне послан Богом, до гроба ты хранитель мой". В конце письма Татьяна обращает к Онегину те же слова уже с сомнением: "Кто ты, мой ангел ли хранитель или коварный искуситель?". Амбивалентность образа Онегина в сознании Татьяны буквально следует построению образа Сбогара в романе в Нодье: она склонна под аристократическим лоском Евгения подозревать иную, демоническую сущность. Именно в письме Татьяны впервые возникает мотив сна, которому суждено расшириться до сюжета главы: "Ты в сновиденьях мне являлся, незримый, ты уж был мне мил, твой чудный взор меня томил, в душе твой голос раздавался".

Но когда после ночного кошмара Татьяна видит Онегина на своих именинах, его взор "был чудно нежен", что уже напоминает "дневную" ипостась героя Нодье – Лотарио (опять-таки из процитированного фрагмента). Стоит обратить внимание, что отповедь Онегина на письмо происходит на природе – он настигает Татьяну в саду и неожиданно возникает прямо перед ней, "блистая взорами". Так и Сбогар встречался Антонии в диких природных уголках, пугая и завораживая. Музыкальный фон свидания Онегина с Татьяной – песня сельских девушек – опять-таки заставляет вспомнить роман Нодье, где первые таинственные появления Сбогара перед героиней сопровождаются звучанием народных песен (кстати, славянских – далматинских)[2] , одну из которых исполняет сам герой. Нарушение строфики, столь редкое в Онегине, подчеркивает важность для Пушкина данной фольклорной вставки.

Русским Жаном Сбогаром замышлялся Пушкиным и Дубровский – дворянин, бунтующий против несправедливости общества и его нравов и уходящий в леса предводителем разбойников – своих же крепостных. Получилась фигура ультраромантическая, почти непредставимая в русской действительности. Ее спасает изрядная доля иронии, с которой рассказчик украшает сюжетную канву, показывая, что сам относится к повести как к причудливому литературному эксперименту. Особенно сильно параллели с Нодье проступают в отношениях Дубровского и Маши, в том, как Владимир долго наблюдает за ней, не являясь ей на глаза и отказываясь принести малейший вред не только ей, но и всему дому Троекуровых, а в конце концов вообще прекращает разбойничьи набеги и поселяется в усадьбе Троекуровых под чужим именем, почти не рассчитывая добиться взаимности – так Сбогар вначале втайне наблюдает за Антонией, потом является перед ней инкогнито, и наконец поселяется в Венеции, чтобы там предстать ей под именем аристократа Лотарио.

Романтическая условность образа Дубровского вполне сказывается в возвышенном пафосе его признания Маше, резко контрастирующего своей напыщенностью с реалистической естественностью остального повестования [3] . Мрачный замок Дуино, штурмуемый французскими войсками, заменяется лесной крепостью с валом и рвом, где Дубровский отбивается от роты солдат.

О наличии мотивов романа Нодье у Лермонтова нет упоминаний исследователей. Однако Лариса Вольперт замечает в целом сильное воздействие на русского поэта французских последователей Байрона. Действительно, Лермонтов в целом настолько подражателен, что представляется трудным вычленить у него конкретные заимствования. Однако некоторые пассажи романа настолько явно перекликаются с лермонтовской лирикой, что удержаться от сопоставления почти невозможно:

"Можно было подумать, что когда-то, живя в ином, более возвышенном мире[4] , он создал себе некий идеал, о котором наружность и характер Антонии лишь напоминали ему, и что взгляд его, устремленный на Антонию, так нежен и внимателен только потому, что ее черты смутно пробуждают в нем память о ком-то, кого он встречал не здесь[5] . Это обстоятельство сообщало их отношениям какую-то мучительную таинственность, которая тяготила всех, но рассеять которую могло только время. Антония, впрочем, чувствовала себя вполне счастливой, ей было достаточно уже одной дружбы с таким человеком, как Лотарио; и хотя робкой, недоверчивой душе ее и был доступен иной род счастья, она не смела желать его. Жизнь казалась ей прекраснее при мысли, что она занимает в судьбе и помыслах этого необыкновенного человека место, которого, быть может, никто с ней не разделяет. Что касается Лотарио, то печаль его возрастала с каждым днем, и возрастала именно от того, что, казалось бы, должно было ее рассеять. Нередко, пожимая руку г-же Альберти или остановив свой взор на нежной улыбке Антонии, он, подавляя вздох, заговаривал о своем отъезде, и слезы выступали у него на глазах " [6] (С. 75).

"Постепенно Антония начала постигать причины глубокой скорби Лотарио. Она представила себе, с каким нетерпением этот несчастный, лишенный самой сладостной милости Провидения — счастья познания Бога и любви к нему,— Этот человек, ходящий по земле странником[7] , не ведающим конца пути, и вынужденный продолжать свои бесцельные скитания, ждет мгновения, чтобы навеки прекратить их[8] . К тому же он, видимо, был одинок на этом свете, ибо никогда ничего не говорил о своих родителях. Если б он знал когда-нибудь свою мать, то, наверно, упомянул бы о ней [9] . человека, не знавшего в этом мире никакой привязанности, не могла не страшить та безмерная пустота, в которую была погружена его душа, и Антония, никогда ранее не подозревавшая, что живое существо может дойти до такого предела отчаяния и одиночества [10] , не без ужаса думала о нем. Особенно больно сжималось ее сердце, когда она размышляла над утверждением Лотарио, будто некоторым людям, отвергнутым богом, предначертано небытие и жизнь их на земле отравлена сознанием, что они не возродятся к новой жизни. Впервые думала она об этой страшной пустоте, о глубокой, ни с чем не соизмеримой скорби вечной разлуки; она ставила себя на место несчастного, для которого жизнь — не что иное, как непрерывный ряд частичных смертей, ведущих к полной смерти, а самые нежные привязанности — только мимолетное заблуждение двух тленных сердец[11] " (С.71).

Уже из приведенного выше фрагмента видно, что религиозность героя Нодье весьма своеобразна. Настаивая на своем неверии, Сбогар тем не менее клянется, что Антония – его "супруга перед Богом", в любви к которой он видит "победу над вечностью". ("Клянусь тем сном, который она сейчас вкушает, – последний сон ее соединит нас, и она будет спать подле меня до самого обновления мира" С. 37). Подобное совмещение богоборчества и мистических откровений, бунта и мольбы, проклятий и надежды на прощение типично для лирического героя Лермонтова (ср. "Гляжу на будущность с боязнью…", "Когда волнуется желтеющая нива…", "Благодарность", "Молитва", "Я не хочу, чтоб свет узнал…"). Любовное соединение лишь в смертном сне станет центральным мотивом стихотворения "Сон" ("В полдневный жар, в долине Дагестана…").

Однажды Антония застает Лотарио в соборе Сан Марко коленопреклоненным, в отчаянии, что Бог не открывается его душе ("Сколько раз, о небо, и с какой страстью упадал я ниц перед этим необъятным миром, вопрошая его о творце! Сколько раз я плакал от ярости, когда, снова заглянув в глубину своего сердца, обнаруживал там одно лишь сомнение, неверие и смерть!" (С. 70). Любовь к Антонии оказывается для Сбогара первым побуждением примириться с Богом (когда Антония восклицает, указывая ему за горизонт: "Бог... Бог! Он там!" – Лотарио глубоко тронутый, отзывается: "Если бы даже Бога не было во всей природе, <...> его все же можно было бы найти в сердце Антонии!"). Сам же он хочет быть ее "ангелом-хранителем" (С. 66). ("… он сказал, что любит ее; эта любовь должна была защитить ее от всех опасностей". С. 87).

Как раз в такое положение ставит себя перед Богом Демон Лермонтова, с тоской вспоминающий о временах, "когда он верил и любил, счастливый первенец творенья", и осознающий свою любовь к Тамаре как святое чувство, воскрешающее надежду на примирение с небом ("Меня добру и небесам Ты возвратить могла бы словом. Твоей любви святым покровом Одетый, я предстал бы там, Как новый ангел в блеске новом"). Когда же Демон решается явится перед Тамарой в монастыре, он заступает место ее ангела-хранителя [12] . Верно и обратное: именно любовь к безгрешной Тамаре заставляет Демона скорбеть о потерянном рае, где он мог бы быть с ней.

Так же лирический герой "Молитвы" (1837 г.) отказывается просить за себя, уже потерянного для спасения ("Не за свою молю душу пустынную, за душу странника в мире безродную…"), осмеливаясь молиться лишь за свою возлюбленную, чувство к которой, таким образом, оказывается единственной святыней в его душе, а молитва за нее – единственно возможной молитвой ("…Но я вручить хочу деву невинную Теплой Заступнице мира холодного").

Итак, и у Нодье и у Лермонтова имеет место специфическое богоборчество – бунт, от которого мучительно страдает сам герой, расценивающий его как несчастье, закрывающее путь к блаженству (и прежде всего – вечному блаженству с возлюбленной, поскольку ее чистой душе будет уготовано спасение). У лирического героя Лермонтова находят отражение такие черты Сбогара, как соединение "священного с порочным" в душе героя, (и соответственно амбивалентность рая и ада в любовном чувстве), и постоянные апелляции героев к вечности и вечной жизни, невзирая на их неверие.

Между "Жаном Сбогаром" и "Демоном" прослеживается и еще целый ряд отдельных общих мотивов. Так, Жан Сбогар сам сравнивает себя с падшим ангелом ("Он был красив? <...> – Почему бы нет? – Тихо сказал Лотарио. <...> Сатана до своего падения был прекраснейшим из ангелов" (С. 82). Лик лермонтовского Демона, "красой блистая неземной", является Тамаре "с глазами, полными печали и чудной нежностью речей", что ассоциативно перекликается с "чудно нежным" взглядом Онегина.

И подобно тому, как прекрасный Лотарио при последней встрече предстает Антонии как разбойник и она узнает ужасные черты, некогда отразившиеся в венецианском зеркале, – Демон в конце поэмы окончательно открывается Тамаре как дух зла:

Пред нею снова он стоял,

Но, боже! — кто б его узнал?

Каким смотрел он злобным взглядом,

Как полон был смертельным ядом

Вражды, не знающей конца, —

И веяло могильным хладом

От неподвижного лица.

Наконец, сюжетообразующим мотивом как романа Нодье, так и поэмы Лермонтова становится убийственность любви демонического героя. "Знаете ли вы, что я люблю ее и что моя любовь смертоносна?" (С. 87) – так звучит первое любовное признание Лотарио. И действительно, при стечении роковых обстоятельств гибнет сестра героини, а затем сходит с ума и умирает она сама. Так и в поэме Лермонтова Демон сначала подстраивает гибель жениха Тамары, а впоследствии невольно умертвляет и ее первым поцелуем любви.

У Нодье близость Сбогара и Антонии также ограничивалась единственным поцелуем, на который решился Жан Сбогар в последний миг своей свободы. ("Прощай навеки! О! В последний раз, одну только эту минуту за все века… Антония, дорогая Антония! <...> Лица их соприкасались, она чувствовала его горячее дыхание, и в то же мгновение губы разбойника прильнули к ее губам и запечатлели на них поцелуй, от которого все существо Антонии пронзило неведомое ей дотоле упоение, жгучее сладострастие, в котором были и ад и рай. – Кощунство или святотатство! — вскричал Сбогap, — Ты моя возлюбленная, моя супруга, и да погибнет теперь весь мир!" С. 126-127.).

Ироническому и горькому преодолению байронизма в "Евгении Онегине" Лермонтов противопоставил не менее сложное художественное решение в "Герое нашего времени": его Печорин, отталкиваясь от почти уже изживших себя романтических образов, усваивая от автора самоиронию и самоотрицание, сквозь них утверждает свою экзистенциальную ценность и трагическое величие. Он не героизирует свой демонизм, но имеет смелость не отказываться от него.

Созданный по онегинскому образу и подобию, Печорин неизбежно наследует и его прототипический ряд и также отбрасывает тень "таинственного Сбогара". Из-за преимущественной ориентации Лермонтова на романтическую традицию, Печорин оказывается даже ближе к страдающему бунтарю Нодье. В утонченном аристократе действительно живет, как невоплощенная потенция, нечто пугающее: "Я, как матрос, рожденный и выросший на палубе разбойничьего брига: его душа сжилась с бурями и битвами и, выброшенный на берег, он скучает и томится…". Так актуализируются Лермонтовым мотивы разбойничьих сюжетов Байрона и его последователей. Печорин постоянно мечтает уйти от своей светской личины и слиться с природным миром. Отсюда его приключения в Тамани – желание проникнуть в разбойничий мир "честных контрабандистов" – и даже любовь к захваченной им Бэле, которая погибает по его вине.

Еще до знакомства с княжной Мери Печорин, "история" которого в Петербурге "наделала много шума", предстает в ее воображении "героем романа в новом вкусе", чем он с удовольствием пользуется, чтобы красиво построить интригу. Когда Вернер предлагает представить Печорина княжне, тот как бы в шутку приоткрывает ему свой замысел: "Помилуйте! — сказал я, всплеснув руками: — разве героев представляют? Они не иначе знакомятся, как спасая от верной смерти свою любезную...". И он действительно спасает Мери "от обморока на бале", что, при сопоставлении с "романом в новом вкусе" Нодье, может быть расценено как пародия на спасение Антонии Сбогаром от разбойного нападения на пути в Венецию.

Особенно показателен эпизод, когда Печорин, одетый черкесом, из лесной засады пугает Мери во время прогулки. Конечно, герой тут же извиняется по-французски, иронически замечая, что он не более опасен, чем ее кавалер. Но, отказываясь от роли разбойника на словах, своей выходкой Печорин явно имеет цель поразить воображение княжны и тем сильнее закрепляет в ее уме свой романтический "разбойный" образ. И, как выясняется в дальнейшем, здесь он преуспел:

— Вы опасный человек, — сказала она мне: — я бы лучше желала попасться в лесу под нож убийцы, чем вам на язычок... Я вас прошу не шутя: когда вам вздумается обо мне говорить дурно, возьмите лучше нож и зарежьте меня, — я думаю, это вам не будет очень трудно.

— Разве я похож на убийцу?..

— Вы хуже...

Таким образом, как и в "Евгении Онегине", герой предстает разбойником прежде всего в сознании героини, обусловленном ее кругом чтения, "романами в новом вкусе". Если Сбогар мог перевоплощаться в знатного венецианского вельможу, то почему бы не приписать двойную жизнь аристократу Печорину, особенно если он сам подчеркивает свою демоничность?

У героя Лермонтова действительно много черт, создающих ему романтический ореол и сближающих его, в частности, со Сбогаром.

Прежде всего это умолчание о прошлом героев, что не позволяет до конца разгадать их характер. Отсутствие предыстории дополняется неопределенностью возраста и обманчивой молодостью лица.

"– Ему лет двадцать пять-двадцать шесть, не более того,— ответил Маттео.— Но он белокур и очень хрупок на вид, хотя и превосходит силой и ловкостью людей самого крепкого сложения и, может быть..." (С. 54).

Из дальнейших расспросов выясняется, что он известен в Венеции "уже с очень давних пор" (С. 54), а история с таинственно пропавшей возлюбленной Лотарио вообще относится к событием более чем десятилетней давности [13] .

Печорин также отличается "крепким телосложением", "способным переносить все трудности кочевой жизни и перемены климата", и "детской" улыбкой и "женской нежностью" кожи. С первого взгляда на лицо его рассказчик не дал бы ему более 23 лет, хотя после "готов был дать ему 30". Благородный лоб обоих героев прорезают извилистые морщины, "начертанные не годами, но неотступными мучительными думами" (Нодье, с. 58).

Повторяются и черты, типические для байронического портрета: В глазах Лотарио "живет небесный огонь", а глаза Печорина "сияли каким-то фосфорическим блеском", но выражают они "тягостное раздумье"; у Лотарио лицо его "казалось серьезным и сумрачным" из-за "мрачной неподвижности печальных и суровых глаз", чувствовалось что его взгляд "может быть страшным"; у Печорина глаза сохраняли выражение "глубокой постоянной грусти" взгляд был "непродолжительный, но проницательный и тяжелый, оставлял по себе неприятное впечатление нескромного вопроса, и мог бы казаться дерзким, если б не был столь равнодушно-спокоен".

У обоих вьющиеся белокурые волосы и некая неправильность черт, придающая их поразительной красоте неповторимость выражения.

Интересно отметить, что духовная власть Печорина над княжной Мери окончательно проявляется, когда они оказываются на природе. От испуга при виде мнимого черкеса, Мери переходит к удивительной доверчивости, сказывающейся в том, что она смело, опираясь на руку Печорина, заглядывать в самую глубину провала, "тогда как другие барышни пищали и закрывали глаза". Она доверяется ему и природной стихии, потому что отдается стихии страсти. Наконец, во время переезда быстрой горной речки у ней кружится голова, и Печорин вовремя поддерживает ее на лошади и переводит на другой берег, однако пользуется ее слабостью, чтобы поцеловать ее. Природа оказывается союзницей Печорина, как продолжение его силы. Печорин уже явно "вскружил голову" Мери, и эта страсть может быть уподоблена головокружению от горного потока.

Наконец, болезненность Веры[14] отсылает к еще большей болезненности Антонии в романе Нодье, которая была настолько слаба, что ходила, опираясь на сестру, и которой, из-за нервной утомляемости, могло повредить всякое сильное впечатление (сестра даже боится громко окликать ее во время сна), что подготавливает ее схождение с ума от пережитых бедствий и потрясений в конце романа.

Так тень Сбогара витает над всеми байроническими героями русской литературы.

Переходя к главной цели нашего исследования – отражению мотивов Нодье в творчестве Достоевского – назовем вначале факты, уже давно вошедшие в поле зрения исследователей. Сам Достоевский в подготовительных материалах к "Преступлению и наказанию" раздумывает о возможной ориентации образа Раскольникова на Сбогара и Ускока – разбойника из одноименного романа Жорж Санд, выделяя в этих романтических героях такую черту, как таинственность. ("Для полноты лица его пленяет роль затаенного существа, тайны, Унгерна, Sbogar, Ускока и проч. Но потом сам смеется над этим" - 7; 86, курсив Достоевского).

В ПСС при комментировании этой записи отмечается сходство социально-философских рассуждений Лотарио-Сбогара (излагаемых им в кругу венецианской знати) с основными положениями теории Раскольникова: оправдание сильного героя, "кровавого и страшного" разбойника, отваживающего восстать против "обыкновенного общества" с его "недолговечными правилами морали" – во имя его же освобождения.

Ибо обновление народов совершается только таким путем — так по крайней мере говорит нам опыт. Вы верите в провидение — и смеете осуждать пути его! Когда вулкан очищает землю, заливая ваши поля дымящейся лавой, вы говорите — то веля Божья; но вы не допускаете мысли, что Бог возложил некую особую миссию на этих кровавых и страшных людей, что подтачивают и ломают опоры, на. которых зиждется общество, чтобы затем построить его заново. Вспомните, кто были основатели каждого нового общества, и вы увидите, что все это — разбойники, подобные тем, кого вы осуждаете!

Кто были, спрашиваю я, все эти Тезеи, Пирифои, эти Ромулы, которыми отмечен переход от века варваров к веку героев, возглавленному ими?" (С. 84-85).

Отражения мыслей Сбогара в теории Раскольникова были подробно рассмотрены в работе В.А. Недзвецкого.[15]

Но на наш взгляд, можно обнаружить и дальнейшие обращения Достоевского к творчеству Нодье. Речь пойдет о генезисе героя, задуманного куда более романтическим и таинственным, нежели Раскольников, – Ставрогина.

Ставрогин, пришедший в "Бесы" из замысла романа о "великом грешнике", сознательно строился Достоевским на аллюзиях со многими известнейшими героями мировой литературы, такими как Фауст, Гамлет, принц Гарри из "Генриха VIII" Шекспира, Родольф из "Парижских тайн" Э.Сю [16] . В контексте русской литературы он был соотнесен со всей галереей "лишних людей" – скучающих и праздных дворян, не находящих применения своим "силам необъятным", и прежде всего с образом Печорина. При этом у Ставрогина гораздо резче, чем у Героя Нашего Времени, намечены демонические черты.

Наиболее странным и загадочным в биографии Ставрогина представляется его "виртуальный" брак и последующие взаимоотношения с Хромоножкой – безумной Марьей Тимофеевной Лебядкиной. Чтобы соединить сюжетно этих двух героев, Достоевскому пришлось пойти на достаточно причудливую мотивацию: аристократ Ставрогин, в мучениях леденящей скуки, явил свое безграничное своеволие в том, чтобы как можно непоправимее испортить себе жизнь, женившись на нищей, полоумной калеке, "восторженной идиотке", заметив, что она в него влюблена. Затем он все же этот брак скрывает, Хромоножку отсылает в отдаленный монастырь, а ее брату платит деньги за молчание.

Хромоножка же почитает его чуть ли не выше Бога ("Мой-то и Богу, захочет поклонится, а захочет, и нет"), молится за него и неустанно его ждет, все более все более погружаясь в свои фантастические грезы и теряя связь с реальностью. Но когда он является к ней с предложением раскрыть "тайну", объявить публично о браке и увести ее навсегда из России, то она гневно отстраняется от него как от поддельного двойника ее истинного кумира. Ставрогин раздваивается в ее сознании на "ясного сокола и князя", героя ее восторженных мечтаний, и на "сыча и купчишку", которого она презрительно прогоняет с криком "Гришка Отрепьев анафема!" Сразу после этой встречи Ставрогин фактически дает согласие на убийство Хромоножки Федькой Каторжным, буквально реализуя ее трагические предчувствия.

Хромоножка то бредит, то пророчествует, то видит загадочные сны. Ее часто сопоставляли и с Офелией, и с безумной Маргаритой в темнице (в разговоре с Шатовым она сочиняет историю о якобы бывшем у нее ребенке, которого она бросила в пруд), но последняя сцена со Ставрогиным – обличение героя, ставшего лжегероем (подобно тому как безумный Евгений прозревает демоническую тень Медного Всадника) – имеет соответствие у Гете лишь отчасти (последней фразой полубезумная Маргарита бросает Фаусту: "Уйди! Ты весь в крови! Мне страшно, Генрих!") [17] .

Самое примечательное в данном образе – его фольклорная аранжировка, в которой выдержаны только два персонажа в романе – сама Хромоножка и Федька Каторжный, ее будущий убийца (говорящий исключительно выражениями из "сибирской тетради" Достоевского). Подобная констелляция образов, говорящих распевной фольклорной речью, уже имела место у Достоевского в ранней повести "Хозяйка": это полубезумная Катерина и демонический старик Мурин, то ли муж то ли покровитель героини, образ с отчетливой разбойничьей семантикой [18] .

Но если в образе Федьки народный колорит оправдан, то для Хромоножки он оказывается в высшей степени странным – ведь она росла в Петербурге и никак не соприкасалась с "народной почвой", а брат ее, капитан Лебядкин, при всей своей комичности изъясняется как человек образованный, претендующий на принадлежность к дворянской культурной среде.

Очевидно, разбойные мотивы необходимо связывались в сознании Достоевского с фольклорным колоритом, и не последнюю роль сыграл в этом пример "Евгения Онегина", где ради сна Татьяны про Онегина-разбойника Пушкин обильно ввел в пятую главу русский couleur local, невзирая на дворянски-европейскую культуру героев. Хромоножка, как и Катерина из "Хозяйки", оказывается романтической героиней, заимствованной из разбойничьего романа. И тут мы вновь возвращаемся к послужившему для Пушкина истоком аллюзии роману Нодье, где разбойнику Сбогару также придавался народный колорит, невзирая на его княжеское происхождение).

Попробуем детально сопоставить несколько сцен и мотивов "Жана Сбогара" и "Бесов". Нас будут интересовать финальные, кульминационные и наиболее драматически напряженные сцены романа Нодье, когда помутившаяся рассудком Антония остается у разбойников, и интрига ее взаимоотношений с Жаном Сбогаром получает неожиданное фантасмагорическое завершение.

После смерти сестры Антония начинает пересказывать разбойникам и самому главарю свои кошмарные сны, варьирующие один сюжет: она – невеста Жана Сбогара, и на их свадьбу собирается весь ад, а также все убитые и замученные шайкой. Отдаваясь, хоть и невольно, адским силам, героиня тем самым берет на себя некую трагическую вину, в том числе и за гибель своей сестры.

Одновременно она восторженно рассказывает Сбогару (лицо которого всегда скрыто) о своей любви к Лотарио, теперь навсегда потерянному и представляющемуся ей неким покинувшим ее ангелом. Поскольку Жан Сбогар, "несмотря на то, что лицо его всегда было закрыто черным крепом или забралом шлема, не осмеливался появляться возле нее иначе, как во время ее сна или в те минуты, когда она бывала в бреду и никого не узнавала", то Антония, интуитивно чувствуя страшную правду (тождество Лотарио и Сбогара), привыкает к таинственному присутствию возлюбленного рядом во время своего сна, и сновидения окончательно мешаются у нее с явью.

"Слушай,— сказала она, взяв разбойника за руку,— я хочу рассказать тебе одну тайну. В дни моей ранней юности <...> я знала одного ангела, странствовавшего на земле; лицо его тронуло бы сердце отцеубийцы. Но я только мельком видела его, потому что Господь отнял его у меня, позавидовав моему счастью... Я называла его Лотарио, моим Лотарио... Помню, у нас был дворец — далеко-далеко, в горах. Никогда не найти мне туда дороги..."

Приведем наконец полностью то мрачное сновидение Антонии, которое некогда вдохновило Пушкина:

"Однажды он [Жан Сбогар] сидел подле нее, как всегда — с закрытым лицом, охраняя ее сон. Внезапно она пробудилась и быстро приподнялась на постели, шепча имя Лотарио.

— Я видела его,— сказала она с глубоким вздохом, — он сидел на том месте, где сейчас сидишь ты. Я часто вижу его здесь во сне, и тогда я чувствую себя такой счастливой. Но почему мне кажется, что я вижу его иногда и наяву, что это вовсе не сон? Он появляется обычно вот там, за этим пологом... В те дни страдании и надежд, когда мне чудилось, что я скоро найду избавление навеки, по телу моему текли огненные ручьи, мои губы пылали, ногти помертвели и посинели... Кругом меня толпились призраки. Были тут ярко-зеленые аспиды, подобные тем, что прячутся в дуплах ив; и другие, еще более страшные, гады с человечьими лицами; огромные бесформенные великаны; только что отрубленные головы, глаза которых, полные жизни, пронизывали меня ужасным взором; и ты, ты тоже был среди них, как колдун, повелевающий всеми этими чарами смерти. Я кричала от страха и звала Лотарио. И вдруг — не смейся же над моими бреднями! —я увидела, как эта маска упала, а на твоем месте стоял Лотарио; весь в слезах, протягивал он ко мне дрожащие руки и, стеная, повторял мое имя. Правда, он был совсем не таким, каким я знала его прежде,— тогда он был печален, задумчив, суров, но прекрасен божественной красотой; теперь же, страшно исхудавший, мертвенно-бледный, растерянный, он вращал налитыми кровью глазами; у него была отвратительная, всклокоченная борода; безнадежная усмешка, подобная усмешке дьявола, блуждала по бледным его губам... О, ты даже представить себе не можешь, каким стал Лотарио!" (выделения мои – А.К.)

Ту же ситуацию раздвоения героя в сознании безумной возлюбленной на просветленный ангельский образ и демонический облик разбойника видим мы в отношении Хромоножки к Ставрогину. И здесь героиня бредит, узнавая и не узнавая героя, и отталкивает его во имя мифологизированного в ее сознании идеала, каким Ставрогин представлялся ей ранее. Примечательно, что Хромоножка тоже переживает ощущение некой сакральной вины, выражающейся в воспоминаниях о якобы утопленном ею в пруду ребенке. Поскольку "Марья Тимофеевна девица", этот мотив выглядит особенно загадочным и навеянным как Гете, так и Нодье [19] .

Мнимую виновность, заключающуюся, очевидно, в духовной близости злу (через любовь к герою), героини Достоевского и Нодье пытаются очистить жизнью в монастыре, однако так и не становятся монахинями: Хромоножку долго скрывали в отдаленной обители, но возвращаться туда она более не желает ("Эка невидаль мне ваш монастырь! Да и зачем я в него пойду, с чем теперь войду? Теперь уж одна одинешенька! Поздно мне третью жизнь начинать"), а Антония становится послушницей после разгрома шайки, но перед самым пострижением умирает, увидев и узнав Лотарио в идущем на казнь Сбогаре. Так реализуется мотив символического обручения Антонии и Сбогара, который с самого начала называет ее своей супругой перед Богом и клянется не касаться ее (как не посягает никогда и Ставрогин на свою законную жену). В финале обоих романов героиня гибнет по вине героя, хотя и не от его руки.

Черный креп на лице Сбогара находит соответствие в мертвенном, напоминающем маску выражении лица Ставрогина, о чем неоднократно упоминается в романе ("…казалось бы писанный красавец, а в то же время как будто и отвратителен. Говорили, что лицо его напоминает маску" (10; 37).[20]

Марья Тимофеевна тоже постоянно видит сны о том, как возвращается ее суженый. Когда она видит его после долгой разлуки в гостиной Варвары Петровны, она готова пасть перед ним на колени. Ставрогин отговаривает ее, и в эту минуту "в глазах его засветилась необыкновенная нежность", что отсылает нас одновременно и к Онегину и к Сбогару.

Но перед всамделишном визитом Ставрогина Хромоножке снится кошмар: что он приходит к ней как разбойник, с ножом в руке. Проснувшись под взглядом действительно вошедшего Ставрогина, она видит его на том самом месте, что и во сне, и кричит от ужаса.

– Здравствуйте, князь, – прошептала она, как-то странно в него вглядываясь.

– Должно быть сон дурной видели? – продолжал он все приветливее и ласковее улыбаться.

– А вы почему узнали, что я про это сон видела?..

И вдруг она опять задрожала и отшатнулась назад, подымая пред собой, как бы в защиту, руку и приготовляясь опять заплакать" (10; 215).

Подобно тому как Антония проецирует свое "милое виденье" на конкретное место – за пологом своей кровати, где обычно и стоит Сбогар (см. мой курсив в цитате выше), – так и Марья Лебядкина привычно ожидает своего "ясного сокола" на пороге комнаты.

Помедлив, она обращается к вошедшему с причудливой просьбой:

" – Садитесь, прошу вас, подле меня, чтобы можно было мне потом вас разглядеть, – произнесла она довольно твердо, с явною и какою-то новою целью. – А теперь не бе

 
     
Бесплатные рефераты
 
Банк рефератов
 
Бесплатные рефераты скачать
| Гунны | Чистон | Кус | кмс купить диплом о language:RU | купить диплом ргсу цена language:RU | куплю копии дипломов для сро language:RU | купить диплом кгту language:RU | купить диплом по гитаре language:RU | куплю диплом услуга language:RU | купить диплом московской школы language:RU | диплом лицеиста купить language:RU | купить диплом схи language:RU | купить диплом прага language:RU | где можно купить диплом было language:RU | купить технический диплом language:RU | купить диплом института экономики language:RU | купить диплом 1997 language:RU | купить диплом дружбе language:RU | куплю диплом велика language:RU | купить диплом института хотеть language:RU | купить диплом о среднем образовании language:RU | купить диплом спб language:RU | купить диплом language:RU | купить диплом тора language:RU | КТ930Б характеристики | купить диплом переводчика language:RU | купить диплом патологоанатома language:RU | пвгус купить диплом language:RU | диплом провизора купить language:RU | купить диплом мпгу language:RU
 
Рефераты Онлайн
 
Скачать реферат
 
 
 
 
  Все права защищены. Бесплатные рефераты и сочинения. Коллекция бесплатных рефератов! Коллекция рефератов!